К детской площадке подъехала чёрная машина с тонированными стёклами. Водитель, мужчина в чёрном пальто и солнцезащитных очках, вышел из авто. Какое-то время он стоял, привалившись спиной к машине, словно кого-то выглядывал.
Маленькая девочка в белом платьице играла в классики.
Мужчина оглянулся по сторонам, а потом подошёл к ней, присел на корточки и снял очки, убрав их в карман.
— Привет. — Незнакомец доброжелательно улыбнулся. — Как тебя зовут?
— Алиса, — мило улыбнулась девочка.
— Какое у тебя красивое имя. Скажи, Алиса, а ты любишь сладкое?
— А кто же его не любит, дядя? — Девочка запрыгала и захлопала в ладоши.
— Пойдём со мной, — ухмыльнулся мужчина, — я дам тебе много сладкого.
— Я ещё в классики не доиграла. — Девочка отвернулась и хотела уйти, но вдруг остановилась. — Вот если ты со мной поиграешь... тогда пойду.
Она ехидно посмотрела на мужчину. Тот шумно выдохнул и поднялся с корточек.
— Хорошо, но только быстро.
Он отошёл к началу нарисованной на асфальте сетки. Чёрные ботинки остановились возле единицы.
Раз. Небо заволокло чёрными тучами. Девочка стояла в конце разметки для классиков и улыбалась.
Два. Три. Дети на площадке повернули головы в сторону человека в чёрном пальто. Они все таращились на него и улыбались. Мужчина попытался сделать шаг назад — ногу словно ошпарило кипятком.
— Только вперёд, — засмеялась девочка. Пришлось вернуться на прежнее место.
Четыре. Мужчина пытался что-то сказать, но язык его не слушался, а рот словно зашили. Грудь резко сжало. А девочка... Она улыбнулась так широко, что его охватил животный страх.
Пять. Шесть. Дети внезапно пропали. Вода в лужах окрасилась в ярко-красный и загустела. Шея девочки изогнулась так, словно костей у неё совсем не было.
— А ты молодец! Раньше все только до четырёх доходили… — Малышка ломано задвигалась. Её лицо искажалось, становилось всё страшнее.
Семь. Красная жидкость полилась с неба. Лицо девочки почернело.
— Обожаю классики. Это моя любимая игра. — Она говорила то звонко, то грубо и низко, а потом расхохоталась.
Восемь. Девять. В глазах потемнело. Мужчину разрывало изнутри.
Десять. Он почувствовал, как асфальт превратился во что-то вязкое. Мужчина попытался вырваться, но земля словно уходила из-под ног, проваливалась.
— Прости, что не предупредила. У меня аллергия на сладкое.
Когда над поверхностью осталась только голова, он наконец-таки смог открыть рот и издал пронзительный крик.
— Пока, дядя. — Девочка ногой вдавила его в землю, хихикнула.
Она развернулась, чтобы уйти, и вдруг увидела мальчишку. Он смотрел на классики с открытым ртом.
— Ой, мальчик. Ты же ничего не видел? А хочешь, я тебе что-нибудь подарю? — Девочка нервно улыбнулась.
— Видел. Всё видел. — Голос мальчика дрожал. — И всё расскажу!
— А что мне сделать, чтобы ты ничего не видел?
— Достань кораблик! — Мальчик указал рукой на одинокий кораблик, плавающий в луже, вновь ставшей совсем обычной.
— А ты сам не можешь? — Девочка вопросительно приподняла бровь.
— Достань кораблик!
— А мо...
— Достань кораблик! — перебил её мальчишка.
— Ладно. — Девочка вздохнула и подошла к луже.
Она присела на корточки и попыталась одной рукой достать кораблик, но он был далеко — ровно посередине лужи.
— Эй, мальчик! Подай какую-нибудь палку!
— Достань кораблик. — Мальчик стоял совершенно неподвижно и смотрел ей в глаза.
Девочка тяжело вздохнула и аккуратно наступила ногой в лужу. Какая-то невидимая сила толкнула её в спину, и девочка упала на колени в тёмную воду. Вдруг земля под ногами начала проминаться. Девочка заёрзала, пытаясь выбраться, но асфальт, как зыбучие пески, всё больше и больше поглощал свою жертву.
— Мальчик! Помоги, мальчик! Дай руку!
— Достань кораблик. — Мальчик ухмыльнулся.
— Помогите! Я до тебя доберусь! Слышишь?!
На поверхности оставалась только голова девочки и обезображенная рука с длинными коричневыми ногтями. Девочка начала давиться песком и через мгновение скрылась под землёй.
— Я до тебя доберусь! — глухо раздалось уже из-под земли. Слова гулким эхом докатились до мальчишки.
Он прыгнул в лужу, заставив её расплескаться, взял кораблик и вприпрыжку побежал в сторону дома.
