Американский композитор Леонард Бернстайн (Брэдли Купер) живет двойной жизнью. С одной стороны — идеальный брак с красивой и умной женой, актрисой Фелицией Монтеалегре (Кэри Маллиган), и блестящая карьера. С другой — пожирающая изнутри неудовлетворенность собой и вытекающая из нее жажда любовных приключений. Мечущийся художник мечтает написать великую музыку, но вынужден подрабатывать мюзиклами; жаждет великой любви, но его сдерживают семья и обязательства. Но главной жертвой причуд гения становится его верная жена.
Жизнь и судьба одного из крупнейших композиторов ХХ века Леонарда Бернстайна много лет привлекает внимание режиссеров. В разное время проектом интересовались Мартин Скорсезе и Стивен Спилберг — последний в итоге переснял знаменитый мюзикл «Вестсайдская история», написанный Бернстайном. Оба рассматривали на главную роль Брэдли Купера. В итоге, после успешного режиссерского дебюта «Звезда родилась», актер взялся самостоятельно ставить «Маэстро». К сожалению, совладать с амбициозным замыслом Купер не сумел.
Что это не традиционный байопик, описывающий взлеты и падения неординарного человека, становится ясно довольно быстро. Зрителей, жаждущих узнать побольше о творчестве Бернстайна и его времени, «Маэстро» разочарует. О композиторе толком ничего в фильме и не рассказано — несведущей публике остается поверить на слово режиссеру и актеру, что Бернстайн был гений. Купера, впрочем, не сильно интересует биография и музыка его героя. Он увидел в жизни композитора одну идею и сделал ее центром всей картины. А заключается она в том, что Бернстайн всю жизнь вынужден был носить маску и притворяться тем, кем он не является. На публике он представал в образе респектабельного композитора, но в глубине души презирал себя за это. Ложь окутывала всю его жизнь, и даже его счастливый на первый взгляд брак был с самого начала лживым и ненастоящим.
Купер в плотном гриме действительно очень похож на Бернстайна, особенно пожилого — с морщинами и седыми волосами. Приклеенный нос, который еще до выхода «Маэстро» вызвал насмешки в интернете, конечно, бросается в глаза, но не так уж портит портрет. Гораздо хуже обстоит дело с игрой самого Купера, который страшно перестарался в изображении Бернстайна. Смотреть, как он, задыхаясь, в поте лица машет смычком, говорит, будто с заложенным носом, и улыбается во весь рот от счастья, порой просто неловко. Насколько можно судить по сохранившимся интервью и выступлениям, Бернстайн все-таки был посдержаннее в жизни. Но Купер превратил его в какую-то карикатуру или пародию на амплуа «гениального композитора».
Переборщил Брэдли Купер не только с ролью, но и с режиссурой. В стремлении снять «Маэстро» нестандартно, режиссер ищет сложные ракурсы и стилизует картинку под ретро (то черно-белую, то насыщенную цветами, как у условного Дугласа Сирка). Порой это выглядит действительно красиво и удачно, особенно в сценах вечеринок, когда камера следит за персонажами как бы через щели дверейв. Режиссер хотел создать впечатление узрителя, что тот как бы подсматривает за частной жизнью Бернстайна, которая скрывает немало тайн даже для членов его собственной семьи. Однако чаще всего такие вуайеристские ракурсы просто мешают смотреть историю, которой в «Маэстро» и так, в общем, ужасно мало.
Единственное, что придает фильму жизнь — актриса Кэри Маллиган. Хотя играть ей практически нечего, она всякий раз находит какой-то новый оттенок и подход к изображению внутренней боли своей героини. Фелиция из любви к мужу вынуждена терпеть его беспорядочные любовные похождения, скрывать его тайны и сохранять образ преданной и счастливой жены. В сущности, она жертвует ради Бернстайна и карьерой, и личной жизнью. Маллиган, в отличие от Купера, не переигрывает, и следить за ней до самого финала интересно. В «Маэстро» также сыграла Майя Хоук, но в данном случае остается только удивляться, что она, уже известная актриса, согласилась на столь безликую и крохотную роль дочери Леонарда и Фелиции. Попытки придать их отношениям с отцом драму в фильме есть, но они так и не приобретают никаких ощутимых черт и оснований.
«Маэстро» — во всех смыслах неудачный байопик, который, по-видимому, пал жертвой амбиций Брэдли Купера. Энергия музыки, таланта и гениальности Бернстайна, кажется, так поглотила актера, что тот совсем забыл о том, что фильму все-таки нужна драматургия. Композитор существует как будто в изолированном пространстве, в котором 1940-е не отличаются от 1980-х. Нет никакого контекста времени, нет объяснений (пусть даже очевидных), почему он вынужден был таиться и притворяться. Даже несколько штришков могли бы сделать фильм глубже и драматичнее. Но живого Бернстайна на экране нет — зритель вынужден смотреть два часа на самолюбование Брэдли Купера с приклеенным носом и улыбкой до ушей.
Кирилл Горячок
